NODEDC_MISSION_CORE/docs/OBSERVATORY_REALTIME_PROFILES_EXECPLAN.md

Observatory: четыре этапа создания полного real-time Perception-профиля

Дата: 2026-09-01; обновлено 2026-09-02 17:37 МСК. Этап 1 закрыт; этап 2 в работе. Инкремент 11: восстановлен существующий System/Worker telemetry plane и добавлен независимый экспорт состояния streaming runtime. Код c570f7d, 2ef8c08. Исправлены остановка Telegraf при недоступном MQTT, потерянная публикация порта, превышающие лимит контейнера настройки PostgreSQL и блокирующая ingest очистка истории. CPU-only переходы running → waiting → synchronizing → running прошли через реальный агент/Timescale. Это observability, не новый внешний sensor data-plane; следующий пункт остаётся binary stream/auth/recovery между приложением и Worker, затем standalone packaging. Этапы3–4 не начаты.

104 Python tests, 703 frontend tests, typecheck и production build PASS. Полный frontend проверен последовательно на CPU Worker из-за Mac memory pressure=2; собранный UI установлен на canonical8000. Визуальная приёмка по mission-core-product-ui отложена до освобождения памяти, не объявлена пройденной. Расширен существующий Worker, без новых страниц и без product profile/registry cutover. MQTT outage/startup проверен с сохранением PID9268; CPU canary сохранил lease generation1 и освободил его после завершения. Evidence .runtime/worker-telemetry-20260902T1422Z/manifest.json, SHA-256 825b1d8035dbf907b2b731d35ede4c5742b81e653a6f24670f4775981f853492.

Предыдущий модельный замер 61cbdb3: 404 focused tests PASS, Ruff/format/mypy PASS. Normal exact raw128/128, 50 real observations, p95/p99 91.157/97.946ms. При задержке host reply:102 обработанных +26 учтённых пропусков, resume seq50, прежние PID/lease сохранены; p95/p99 принятых кадров88.643/91.236ms. Между последней старой и первой свежей scene2.719s — отдельная метрика доступности. Оба измерения условны для временных штатных clocks2610/10251MHz, не доказывают overhead regression или общий real-time. В инкременте11 модели не запускались; overhead нового observability exporter пока не измерен на полном графе. Исходные sensor gaps, auto-clock FAIL, непроверенные native-host inventory, network и standalone остаются.

Текущий evidence: отчёт этапа 1, ADR 0049, candidate manifest. Запрет full-source preload закреплён в новом контракте; старый batch materializer пока не удалён и продуктовый путь не переключён.

Цель и граница завершения

Собрать отдельный самостоятельный Docker-профиль полного восприятия рига: DDRNet-39 GOOSE + RF-DETR native + LiDAR-ассоциация/метрические расстояния + TGS/costmap + temporal/motion + диагностическая оценка препятствий и mission-policy. Совместимый источник поступает потоком на выделенный Worker; все выходы рассчитываются в этом запуске, без подмешивания ранее рассчитанных масок, детекций, local-surface или threat-ledgers. Запись подаёт наблюдения по исходному времени с темпом 1× и заменяет физический источник, но не меняет вычислительный граф.

Сценарий владельца: записывать множество маршрутов K1 с камерой, точками и pose; в Observatory последовательно применять разные профили и сравнивать результаты; затем выбрать проверенную версию того же профиля в будущей live-миссии с зарегистрированным оборудованием. Конкретная запись — вход запуска, а не зашитый компонент Docker. Размер коллекции (в том числе 500 записей) не требует 500 приложений или 500 исполняемых адаптеров. Во время будущего движения профиль обрабатывает новые живые наблюдения, а не воспроизводит старые решения для маршрута.

Первый результат — один полный, измеренный на RTX 4090 прототип с общим runtime и потоковыми результатами, пригодный для последующей проверки на полигоне. Управление моторами, автопилот, построение маршрута и реализация всего конфигуратора миссии в этот прототип не входят. EoMT-L Cityscapes сохраняется как отдельный резервный вариант; его упаковка/оптимизация не блокирует первый профиль и не запускается рядом с DDRNet. Сборка Docker и совпадение digest не являются доказательствами real-time; успешный replay не является допуском к автономному движению.

Приёмка первого прототипа требует: самостоятельного образа; реального расчёта всех заявленных слоёв; одного live-compatible контракта для replay и будущего физического источника; воспроизведения нескольких совместимых записей без правки кода; bounded latency/queues/memory; явных unknown/degraded состояний; сохранённого отчёта производительности и обнаруженных ошибок. Отсутствующий сейчас беспилотник не блокирует приёмку replay-прототипа, но physical-live, качество в поле и actuation остаются явно непроверенными.

Авторитетный контекст и подтверждённое CURRENT

Рабочий репозиторий: /Users/dcconstructions/Downloads/mnt/NODEDC/NODEDC_MISSION_CORE_m5_observatory. На момент обзора: ветка codex/m5-1-observatory, HEAD 7025e173a3370a1b70afaad8579db20903436157, множество существующих tracked/untracked изменений. Выводы относятся к прочитанному рабочему дереву, не только к HEAD. Чужие изменения сохраняются.

Источники и их назначение:

• Последний отчёт — история предыдущих запусков и актуализированная цель полного профиля. Исторические измерения не являются новой проверкой текущего состояния Worker.
• Предыдущая архитектурная итерация — история и идеи, не распоряжения к выполнению и не актуальное подтверждение готовности.
• Правила репозитория, существующие gates проекта — действующие ограничения. Этот план не открывает навигационные, actuator- или quality/truth-gates проекта.
• /Users/dcconstructions/Desktop/CODEX_V5 — прочитаны все пять документов. Применены разделение CURRENT/TARGET, приоритет цели и доказательств над процедурами, этапы с проверяемым выходом и один поддерживаемый ExecPlan. Шаблоны не копируются поверх правил проекта.
• Последние уточнения владельца от 2026-09-01 имеют приоритет: один активный полный профиль, внутри него детектор + выбранная сегментация + LiDAR/TGS; EoMT и DDRNet остаются альтернативами. Не переносить старое ошибочное ограничение «одна модель/AI-процесс» на состав полного профиля.

Проверенная по локальному коду карта:

Участок	CURRENT	Следствие для TARGET
Portable definition / preflight	Есть идентичность source/model/executor и проверка совместимости, но нет полного timing-контракта и измеренного real-time допуска; ready в основном структурный	Сохранить идентичность и admission, добавить отдельную квалификацию конкретного профиля на конкретном runtime/hardware
Передача источника / runtime	Полная материализация → выполнение → финальная публикация	Инкрементальный data plane с ограниченными буферами, без обязательной подготовки всей записи
Installed LAB package	Одноразовые контейнеры: prepare → весь EoMT → весь DDRNet → assemble	Сначала один постоянный полный DDRNet/RF-DETR/LiDAR/TGS runtime; EoMT — отдельный будущий вариант, без зависимости DDRNet от его результата
Модельные адаптеры	Все кадры, PNG/маски/overlay и итоговые архивы на критическом пути	Обработка поступающих наблюдений и выдача результата до окончания источника; архивирование не задаёт темп inference
Backend / Worker	В claim есть глобальный запрет второго активного job; Worker 006 зашит в части контракта	Эксклюзивность и fencing на уровне worker_id; не глобальный запрет работы независимых Worker
Frontend	Выбор setup и terminal job/result; нет достаточного контракта потокового состояния	Общие состояния и renderer capabilities, без отдельного микроприложения для каждой модели
Ранее существовавшие эксперименты	Есть pacing 1×, bounded queues, freshness/age и multirate измерения	Переиспользовать проверенные механизмы, но не совмещать EoMT с DDRNet или разные профили; RF-DETR и DDRNet входят в один полный профиль. Чужие бюджеты автоматически не копируются

Опорные файлы для продолжения:

• Portable contracts, runtime, source transport.
• Queue / ownership, Worker agent, preflight API.
• Installed runner, combined package builder.
• EoMT adapter, DDRNet adapter.
• Observation graph, recorded source, E9 runner, E21 envelope.
• Equipment/capture compatibility, Observatory workspace.

Из последнего отчёта: источник 20260828T130511Z_viewer_live содержит 6830 кадров за 808.779495667 s, средняя частота ≈8.4448 FPS. Остановленный запуск после примерно 32 min 54 s ещё не дошёл до DDRNet/публикации. Это свидетельство непригодности прежнего полного пути для поставленной задачи, но не изолированный benchmark самой модели.

Последующий read-only аудит 2026-09-01 проверил Docker inventory, mounts и фактические installed manifests на Worker 006 через strict-pinned mission-gpu. Portable M4.9 содержит TGS и models: []; LAB V1 выполняет prepare → EoMT → DDRNet → assemble, без detector/geometry/threat stages. Legacy perception Worker и Triton существуют отдельно, со значимыми host mounts; это не самостоятельный полный portable-профиль. Никакие контейнеры при аудите не запускались и не останавливались.

Скриншот M4.9T5 показывает композицию результатов: собственный CPU TGS, отдельный M4 detector/geometry/threat и заранее рассчитанный E47/EoMT. Отдельный RF-DETR reference runtime реально собирает geometry, temporal, motion, rolling и threat. Сохранённый M49 integrated result сообщает 4489/4489 кадров, 11.860865 FPS и p95 совместной готовности 46.825886 ms. Это historical RF-DETR + CPU TGS shadow на подготовленных входах, не полный новый профиль: TGS не меняет graph state, EoMT там не вычисляется, local-surface.npz подготовлен заранее.

Ближайший сохранённый multirate candidate добавляет DDRNet 6 Hz к RF-DETR/TGS timeline 12 Hz с phase offset 40 ms, но semantic_output_persisted=false: это исходная точка исследования нагрузки, а не доказанная сквозная реализация нового продукта.

Во время read-only проверки на Worker также работали sentinel-frigate и sentinel-ollama с GPU DeviceRequests; общая занятая VRAM составляла 9256 MiB. Это не доказывает их одновременный inference, но чистое GPU-окно не установлено. Перед измерением требуется согласованное освобождение ресурса; этот план не разрешает самостоятельно останавливать сервисы другого продукта.

Жёсткие границы и принятый TARGET

Уточнение владельца 2026-09-02 (МСК): проект — экспериментальная платформа переносимых профилей, применяемых к разным совместимым записям. Текущий приоритет — снижение задержек всей цепочки, прозрачное измерение и оптимизация runtime, IPC/сети, копирований и оркестрации. Вычислительно тяжёлый профиль не удаляется из-за FAIL на 4090: результат сохраняется вместе с hardware/transport-specific квалификацией. Возможен перенос на более мощный Worker или бортовой компьютер. Локальное размещение устраняет внешний сетевой участок, но не само по себе декодирование, внутренний IPC, очереди и вычисления.

Лабораторный эксперимент с ограниченной перегрузкой допустим и не блокирует разработку упаковки/общего runtime. Разделяем функциональную готовность, готовность к лабораторным сравнениям и real-time qualification на конкретной связке profile/config/hardware/source/transport. Бюджеты 125 ms и остальные исходные критерии остаются измерительными ориентирами, а FAIL не превращается в PASS. По-прежнему обязательны bounded memory/queues, учёт drops/unknown, исходный clock 1×, отсутствие подмены старых данных новыми и отсутствие actuation.

• Текущий аппаратный baseline — один Worker 006 с RTX 4090, один активный полный профиль одного источника. RF-DETR и DDRNet являются компонентами этого профиля и могут быть прогреты одновременно; GPU-работа в первом прототипе подчинена одному сериализованному scheduler. CPU-геометрия/TGS и транспорт имеют свои ограниченные очереди, не создавая второй конкурирующий AI-профиль. Нет EoMT+DDRNet вместе, фоновых моделей, обучения или параллельных benchmark. Неактивный профиль не удерживает GPU. Новый профиль не стартует до подтверждённого освобождения предыдущего.
• Один беспилотник обслуживается одним независимым Worker. Масштабирование на десять устройств означает десять Worker, а не десять потоков на 4090. Сейчас не строится полноценная система управления флотом; контракты и тесты не должны закрепить глобальный singleton.
• Профиль — полный вычислительный граф и его входные/выходные требования, а не одна модель. DDRNet и EoMT — альтернативные сегментационные ветви разных профилей. Общий runtime/SDK и инфраструктурный агент допустимы; профильные backend/frontend приложения — нет. На первом этапе нужен один новый полный Docker-профиль, не обязательная разработка сразу двадцати вариантов.
• Переносимы образ/контракт/конфигурация, а не произвольный hardware performance claim. RTX 5090 и Apple Silicon не являются условиями успеха. Для иной GPU/платформы нужна отдельная проверка; CUDA-образ не объявляется автоматически совместимым с Metal.
• Запись и live различаются адаптером входа, не реализацией inference. Реальная совместимость определяется объявленными каналами, форматами, временем, калибровкой и capture-параметрами, не названием LAB или единственным session ID.
• Работа остаётся в локальном контуре Mission Core + Worker 006; нет Synology/external-server rollout и deploy-canon workflow. План не является командой на запуск Worker или изменение оборудования. На Mac нет модельной нагрузки, тяжёлых параллельных работ и новых временных серверов; канонический сервис 8000 сохраняется.
• Существующие записи, raw evidence, секреты, результаты и рабочие изменения сохраняются. Нет управления движением, изменения scanner-протокола или самостоятельного запуска физического сканирования. Старые доказательства не переименовываются в новые успешные испытания.

Предлагаемая схема имён, согласованная с обязательным namespace ndc-:

Название профиля в приложении	Docker image	Экземпляр на Worker 006
K1 Perception — DDRNet-39 + RF-DETR + TGS	ndc-k1-perception-ddrnet39-rfdetr-tgs:prototype-v1	ndc-k1-perception-ddrnet39-rfdetr-tgs-worker006
K1 Perception — EoMT-L + RF-DETR + TGS, резервный TARGET	ndc-k1-perception-eomt-rfdetr-tgs:<version>	ndc-k1-perception-eomt-rfdetr-tgs-worker006

Машинный profile ID стабилен и связан с display name; runtime выбирается по sealed manifest/image digest, не только по изменяемому tag. Существенное изменение весов, preprocessing, output labels, precision или execution policy меняет версию профиля и требует нового свидетельства. K1 в названии описывает capture-совместимость, но не должен зашивать K1 в общий runtime.

Первый прототип поставляется одним самостоятельным образом и запускается одним контейнером: runtime, обе модели, TGS, preprocessing/postprocessing, конфигурация и manifest находятся внутри образа. Нет зависимости от чужого Triton, checkout, скрытого host-cache, готовой LAB или скачивания моделей на первом запуске. Внутренние supervised процессы/изолированные Python environments допустимы, если решают одну задачу восприятия и управляются общим lifecycle; broker, БД и приложение в этот образ не добавляются. Снаружи только Docker/NVIDIA runtime, входной поток/запись, выходы и явно переданные секреты. Shared base layers допустимы для будущих профильных образов. Сохраняются ownership labels com.nodedc.product, com.nodedc.stack, com.nodedc.role, com.nodedc.managed-by. Текущие контейнеры не переименовываются этим планом.

Контракт первого полного профиля

Слой	Обязательный выход	Граница интерпретации
DDRNet-39 GOOSE	Semantic mask, существующее coarse material mapping, freshness и исходные class IDs для evidence	В первом сельском прототипе hard_surface допустим без разделения асфальта/тротуара/велодорожки; геометрическое препятствие всё равно блокирует
RF-DETR native	Объекты, class, confidence, bbox и source frame identity	Person/cat/dog и существующие классы; точное название статического препятствия не требуется, дополнительный bollard-классификатор не нужен
LiDAR + calibration + pose	3D support, расстояние с определённым estimator/frame, неизвестные геометрические препятствия и связь с детекциями	Нет подходящих точек/калибровки/синхронизации — range unavailable, а не придуманное расстояние или free
Temporal / motion	Track identity, оценка движения, current/held/stale/unknown	Тип объекта не доказывает движение: стоящая машина и движущийся человек требуют измерения во времени
TGS + rolling geometry	Ground support, occupied, rejected, unobserved; локальная costmap и свежесть каждой ячейки	Ground support не равен traversable; map может запретить, но сама не выполняет объезд
Fusion / policy shadow	Общая scene, согласованные слои, объяснимый allowed-candidate/high-cost/blocked/unknown и advisory events	Не direct motor/control commands; unknown/stale не создают разрешение двигаться

Входы: camera frames/encoded chunks, registered point increments, pose, intrinsics/extrinsics, coordinate frames и timestamps с clock mapping. Нужно различать sensor→camera калибровку и будущую sensor→vehicle/body калибровку. Для прототипа виртуальный footprint допускается только с явной отметкой simulation; реальный зазор до корпуса не заявляется до измеренного mount/vehicle profile.

Решение владельца для первого сельского прототипа: используем существующий coarse hard_surface (asphalt, sidewalk, bikeway, cobble) как допустимый материал. Разделение дорог, тротуаров и велодорожек, городские правила движения, дополнительная сегментационная модель и обязательный новый road-only классификатор не нужны и не блокируют реализацию. Сохранять исходные class IDs полезно для evidence, но создавать отдельную fine-grained policy сейчас не требуется. Остальные материалы определяются явным выбранным preset/config; слово «сельский» само по себе не разрешает все грунты/растительность. Camera semantics никогда не снимает occupied/unknown запрет геометрии.

Для столбиков и других неподвижных препятствий переиспользуется существующее представление static_obstacle / static.unknown, уже присутствующее в vocabulary и визуальном слое; точное имя предмета не требуется. Пользователь ссылается на сохранённый RAV004 как имеющий это поведение. Задача нового профиля — воспроизвести этот слой из текущего потока и проверить его, а не изобрести ещё одну taxonomy, обучить распознаватель столбиков или загрузить старые masks вместо вычисления. Геометрическое препятствие сохраняется независимо от того, нашёл ли detector узнаваемое имя.

Профиль содержит измерительные модели/алгоритмы и возможности policy; выбранное правило миссии, оборудование, footprint и thresholds входят в effective run configuration. Пара (immutable profile + effective mission/equipment configuration) одинакова в Observatory и последующем live; изменение значимого параметра требует нового сравнения/квалификации. Запись не содержит «разрешение будущему автопилоту», только воспроизводимые входы и свидетельство проверки.

Этап 1 — Полный состав профиля, контракты и технический baseline

Цель: закрыть состав первого полного профиля и оставшиеся технические разрывы до изменения продуктового пути; получить исходную точку для измерений на 4090.

Вход: локальный обзор, оба отчёта, существующие pinned weights и source-paced эксперименты. Новые измерения требуют доступного выделенного Worker без другой AI-нагрузки.

Работа:

• Завершить матрицу CURRENT → TARGET для backend, frontend, Worker, recording/live adapters, model runtime и хранения. Зафиксировать keep/replace/deprecate, не переписывая устойчивые admission/publication механизмы.
• Описать versioned observation/result contracts: source/stream/epoch/sequence, timestamp/clock domain, payload formats, camera/cloud/pose, calibration и coordinate-frame references; на выходе все слои таблицы выше. Для полного первого профиля cloud и pose необходимы. Не привязывать совместимость к одному session ID или байтам media-init, не существенным для capabilities.
• Описать lifecycle с одним владельцем Worker, правило переключения профиля, incremental result contract и различие «установлен», «работоспособен», «прошёл real-time квалификацию», «экспериментальный/не прошёл». Состояния availability, qualification и running/busy не сводить в один флаг ready.
• Зафиксировать до приёмки численные бюджеты каждого профиля: входной поток, требуемая частота результатов, p95/p99 end-to-end age, допустимые пропуски, очередь, startup/warmup, память и stop-time. Не снижать требования задним числом ради зелёного результата. Неопределённые продуктовые компромиссы выносить владельцу, а не скрывать в scheduler.
• Разделить reusable online algorithms и recorded-only подготовку. Проследить, чем заменяются чтение готового local-surface.npz, заранее подготовленные TGS rolling inputs, E47 masks и M4 ledgers. Vendor-registered исходные точки/pose допустимы как вход K1; собственные perception-результаты должны вычисляться текущим запуском.
• Проверить совместимость зависимостей в одном образе: текущий DDRNet использует Python 3.9 / PyTorch 1.13.1 cu117 / super-gradients 3.2.0, RF-DETR — TensorRT 11, TGS — C++. Не объявлять их совместимыми в одном interpreter без проверки. Выбрать минимальную изоляцию внутри одного контейнера либо доказанное преобразование модели с parity check; не менять веса/качество молча ради сборки.
• После согласованного освобождения GPU выполнить короткие baseline компонентов первого профиля последовательно и пилот общего расписания. Разделить decode/preprocess, H2D, inference каждой модели, online geometry/TGS, fusion/policy и доставку результата. Отдельно измерить cold startup и warmed steady state; не начинать с полного старого batch-run.
• Включить в preflight/qualification фактические GPU/VRAM clocks, power state/limit, driver и CPU/RAM quotas. Один image на auto/fixed clocks не имеет одинакового измеренного operating envelope. Host-wide настройки меняются только явно разрешённым owner-scoped механизмом с rollback; контейнеру не выдаётся неограниченная власть над GPU ради воспроизводимости.
• Сохранить существующие EoMT artifacts и точный checkpoint. Его отдельное исследование/упаковка — последующий вариант профиля, не обязательная ветка первого прототипа. Не запускать EoMT во время работ DDRNet-профиля.
• Проверить текущие class/score/box-size/FOV фильтры RF-DETR на требования прототипа, включая близкий крупный объект и маленькое животное; наличие имени класса в модели не доказывает достаточное обнаружение. Не менять пороги без новой версии и сравнительного evidence.

Результат и evidence: точный manifest первого полного профиля, карта входов/выходов и owner boundaries, план единого образа с проверенной dependency strategy, численные инженерные критерии и baseline первого состава. Зафиксированы class coverage, distance estimators, unknown policy и отсутствие motor authority.

Выход / зависимость: GO на этап 2 после фиксации состава, существенных контрактных границ и воспроизводимого baseline. По уточнению владельца от 2026-09-02 performance FAIL на текущем железе не является запретом на развитие лабораторной платформы/упаковки и не требует выбрасывать профиль. На 2026-09-01 выполнены карта/reuse, executable contract, candidate manifest, component baseline и совместный causal pilot полного графа. Дальше измеряем и уменьшаем задержки, исправляем preroll/layered freshness и сохраняем отрицательные результаты; real-time статус выдаётся отдельно, только по факту прохождения критериев. Network whole-path и самостоятельная упаковка относятся к следующему runtime и не объявляются проверенными по локальному collector. Диагностический контейнер с mounts не является runtime этапа 2.

Gate на 2026-09-02 10:16 МСК: GO (engineering, not qualification). Shared output freshness и operating-envelope contract зафиксированы, выполнен bounded полный reference pilot. Обязательная стадия исследования состава/baseline завершена. Не следует бесконечно удерживать упаковку на этапе 1 из-за уже явно измеренных overload/source-gap/quality ограничений. В этап 2 перенесены реализация controller lease/continuous readiness, transport, supervisor, per-cell aging и самостоятельная упаковка; положительный real-time допуск по-прежнему требует отдельных измерений. Cat/dog/close-object качество, mount/clearance, другая и полная запись остаются непройденными gates квалификации, а не новым training scope.

Этап 2 — Самостоятельный Docker с полным потоковым вычислением

Текущий статус, 16:52 МСК: в работе. Полный pilot получает реальные GPU clocks/driver, Docker image/limits и bounded inventory через отдельный host controller. В контейнере нет Docker socket; response mount read-only и вне writable outputs. Effective config связывает mode/envelope/inventory scope. Пропавшие/задержавшиеся факты не возобновляют local lease и не выгружают модели; подтверждённый конфликт остаётся terminal. Normal и delayed-reply full graph проверены, raw parity сохранена; далее внешний transport/auth/recovery с отдельным availability budget и standalone packaging. GO на этап3 пока нет.

Цель: один самостоятельный контейнер принимает поток и реально рассчитывает DDRNet, детекции, расстояния, motion, TGS/costmap и policy-shadow; ничего не дорисовывается из старых LAB.

Вход: контракты и baseline этапа 1.

Работа:

• Реализовать общий lifecycle open/warmup/process/flush/stop, stage interfaces и supervisor. RF-DETR и DDRNet загружаются один раз при активации полного профиля. GPU inference сериализован; CPU TGS/geometry и I/O не блокируют GPU через неограниченную очередь. Разные частоты слоёв задаются явно и измеряются; retained mask не считается новым inference.
• Подключить recorded adapter с исходными timestamp и pacing 1×; live adapter подаёт тот же тип наблюдений без знания длительности/конца записи. Не требовать полного tar/download, конкатенации всей камеры, полного PNG-cache или полного source hash-pass перед первым результатом. Допустить ограниченный декодерный pre-roll для codec dependencies, не просмотр будущих наблюдений моделью.
• Выбрать и проверить бинарный data plane по реальным объёмам video/cloud, CPU cost и latency. Control plane остаётся отдельным. У модели нет произвольного доступа к сети/host; поток приходит через контролируемый proxy/IPC или явно ограниченный transport. Не включать privileged/host-network ради удобства.
• Реализовать online local-surface/geometry и causal rolling TGS из поступивших points/pose. Сохранять неизвестные геометрические препятствия без semantic class. Camera–LiDAR association, distance estimator, track/motion и footprint references выдаются явно; отсутствие поддержки не подменяется нулём/бесконечностью.
• Связать результаты слоёв в общий scene contract во время исполнения, а не только склеить тайминги после завершения. Привязать semantic labels к текущей геометрии с temporal/coordinate validity и bounded TTL. TGS и semantic policy становятся реальными входами диагностического rule evaluation, не только соседними слоями viewer.
• Подключить существующее coarse material mapping и простую advisory policy: hard_surface — допустимый материал для первого сельского прототипа; geometry/TGS occupied и missing/stale evidence имеют приоритет над этим допуском. Тротуар и велодорожка не являются отдельными отказными случаями. Не добавлять второй segmenter или новую fine-grained road policy. Допуск поверхности не выбирает объезд и не выдаёт motor commands.
• Сделать ограниченные очереди, явные cadence/drop/TTL правила, backpressure и stop/cancel. Завершение lease, смерть процесса и смена владельца должны прекращать старое исполнение; новый профиль не стартует, пока старый GPU-владелец не освобождён. Restart не воспроизводит накопившийся устаревший live backlog.
• Для временного input/network gap сохранять прогретые процессы и локального владельца. Replay clock продолжает 1×; очередь не накапливает прошлое. Повторное подключение создаёт отдельную input epoch без смены model activation/lease generation. До resume нужны свежий декодированный keyframe, causal pose/points, сброшенные tracking/motion/rolling TGS/costmap и повторная проверка свежести. Деградация телеметрии допускает ожидание без выдачи qualified результатов; подтверждённый ownership/runtime fault не маскируется как сетевой лаг. Физический stop/hold и политика возобновления ровера — отдельный будущий onboard safety gate.
• Выдавать результаты и технические метрики до EOF; хранение/overlay/video export не блокируют inference. Для сохранения evidence тоже задаётся ограничение ресурсов и честное состояние при переполнении. Не выдавать повтор предыдущей маски за новое измерение.
• Упаковать первый полный образ с pinned model assets, TGS/runtime и нужными библиотеками. Проверить запуск без developer checkout, host model cache, внешнего Triton и model downloads. Не добавлять backend/БД/broker в контейнер. EoMT остаётся сохранённым отдельным вариантом вне активного первого профиля.

Результат и evidence: короткий replay 1× выдаёт все заявленные результаты до конца источника, память и очереди ограничены. Каждый слой имеет trace от inputs этого запуска; старые E47/M4/local-surface artifacts не предоставляются. Проверяются person/cat/dog, существующее static-obstacle представление без точного имени, допустимый hard_surface и препятствие поверх него, missing LiDAR, stale mask, burst/gap/out-of-order/cancel/lease-loss. Synthetic tests на Mac не загружают тяжёлые модели; реальные модельные случаи проверяются на Worker.

Выход / зависимость: GO на этап 3 после подтверждения работоспособности самостоятельного полного образа, streaming lifecycle и GPU ownership. Если полный граф не проходит короткий budget, сначала локализуется причина внутри этапа; FPS одного DDRNet и добавление UI не закрывают этот gate.

Этап 3 — Сквозное подключение backend и frontend без LAB-микроприложений

Цель: приложение выбирает совместимый профиль и показывает его работу через общие контракты.

Вход: полный standalone runtime и образ первого профиля из этапа 2.

Работа:

• Расширить generic registry/preflight/claim: требуемые input capabilities, pinned executor identity, актуальная доступность Worker и соответствующее performance evidence. Совместимость, установленность и real-time квалификация проверяются отдельно; несовпадение capture/weights/runtime/hardware делает прежний допуск неприменимым.
• Привязать leases, fencing, ограничения активности и live/recorded ownership к конкретному worker_id. Исключить двойной запуск на одном Worker. Независимые Worker не блокируют друг друга глобальным SQL/константой. Проверить эту независимость лёгкими fake-worker тестами, не параллельными GPU-запусками.
• Интегрировать incremental results/progress/cancel и последующую immutable publication. Потоковое отображение не ожидает terminal archive. Существующие provenance, digest validation и восстановление публикации сохраняются.
• В едином Observatory показать полный состав профиля и понятное название, совместимость источника, effective mission-rule, занятость Worker и qualification status. Один recording можно запускать на разных версиях профиля, один профиль — на разных совместимых recordings. Наличие двадцати профилей не создаёт двадцать приложений.
• Расширить общие renderer/result capabilities: semantic mask, boxes/class/track, LiDAR support/ranges, TGS/costmap, motion и policy-shadow с явной свежестью. Все слои ссылаются на текущий run; исторический overlay разрешён только как явно выбранное сравнение, не скрытый fallback. EoMT и DDRNet не считаются одной ontology.
• Сохранять run matrix с recording/capture/profile/effective mission configuration, техническими результатами и инженерной оценкой ошибок. Подготовить versioned profile reference для будущего mission configurator: он должен выбирать тот же immutable image/config, а не другой «live вариант» с тем же названием. Сам конфигуратор миссии и управление оборудованием в этом этапе не реализуются.
• Применить UI skill и действующие архитектурные/UI документы перед UI-реализацией. Технические counters/p95/drop reasons размещать в соответствующих деталях, не превращать основное рабочее место в консоль отладки.

Результат и evidence: несколько совместимых recordings последовательно запускаются через приложение на одном полном профиле без правки кода; до конца записи видны все слои текущего run. Несовместимый источник и второй профиль на занятом Worker отклоняются. Видимый qualification-status совпадает с evidence; результат и сравнение версий сохраняются после перезапуска. Второй реальный модельный профиль не требуется придумывать ради этого gate: независимость каталога проверяется контрактными fixtures.

Выход / зависимость: GO на этап 4 после интеграционных, контрактных и последовательных browser-проверок общего пользовательского пути. Успешный UI smoke ещё не означает full-session real-time acceptance.

Этап 4 — Квалификация полного прототипа на записях и подготовка к полигону

Цель: доказать вычислительную работоспособность полного профиля на 4090, найти его ошибки на записях и передать воспроизводимый прототип для последующего полигона, не объявляя готовую автономию.

Вход: сквозной путь этапа 3; численные критерии заморожены до испытаний.

Работа:

• Перед каждым профилем/испытанием проверить единственного владельца GPU, версии, питание/ограничения и warmup. Запуски строго последовательные. Сначала bounded canary; полный recording только после его прохождения. Не повторять заведомо неуспешный длинный EoMT-run ради завершения плана.
• Провести full-session replay 1× всего профиля DDRNet + RF-DETR + geometry/motion + TGS + fusion/policy с учётом всех наблюдений. Проверить отсутствие растущего отставания, cadence/age/drop/memory budgets каждого слоя и общего выхода до приложения. Отдельно измерить startup, steady state и export; prepared geometry/masks не выдаются за online вычисление.
• Проверить смысловые сценарии: допустимый hard_surface без препятствия и с препятствием, static-объект без уточнения имени, человек/животное, движение и неподвижность, отсутствие LiDAR/pose, истёкшая маска и конфликт семантики с геометрией. Тротуар/велодорожка относятся к принятой coarse категории, а не к отрицательным road-only случаям. Это инженерная проверка сельского прототипа, не общая accuracy и не городской автопилот. Новая разметка/обучение не являются условием первого запуска.
• Проверить другую совместимую запись без изменения прикладного кода и отрицательные случаи: отсутствующий канал, неверная калибровка/формат, изменённые веса, другой hardware. Если второй источник отсутствует, соответствующее доказательство остаётся pending. Проверка другой машины/платформы не симулируется заявлением «это Docker».
• Проверить interruption/reconnect, медленный consumer, burst/loss, stop, lease-loss, restart и публикацию. Проверить live-compatible вход с неизвестной заранее длительностью, без чтения будущего, на том же runtime. Физический live через K1/роутер/беспилотник проводится позже при доступности оборудования и согласованного окна; его отсутствие не блокирует replay-прототип. Целевые 300–500 Mbps не являются доказанным каналом: физический gate потребует uplink/jitter/loss/clock alignment/end-to-end age.
• После приёмки нового пути убрать combined EoMT→DDRNet setup из активного real-time каталога, затем ограниченно вывести устаревшие adapters/микроприложения. Исторические записи/результаты и проверенный legacy M4.9 не удалять. Изменять конкретные declarations; для каждой runtime-миграции иметь точный predecessor и восстановление, без массового docker rename/delete.

Результат и evidence: один standalone image полного профиля, его manifest и инструкция запуска; таблица проверенных recordings/условий/ошибок; честный статус replay-prototype-qualified либо blocked. Подтверждены sequential exclusivity, переносимость на совместимые записи и регрессии сохранённых результатов. EoMT сохранён отдельно, не потерян и не включён в нагрузку первого профиля.

Выход: закрыть scope первого прототипа только при прохождении его replay/standalone gates. Отдельно оставить physical-live-pending, independent-quality-pending, vehicle-integration-pending, actuation-disabled. Ни новый известный маршрут, ни прошлый успешный recording, ни хороший FPS не включают автономию. Будущие EoMT/другие профили проходят те же gates отдельно, без расширения текущего этапа до бесконечного поиска моделей.

Как измеряем и принимаем результат

Для каждого испытания сохраняются точный profile/image/weights/config digest, effective mission policy, equipment/capture/calibration identity, Worker/hardware, драйверы/runtime, source identity, интервалы и численные критерии, cold/warm режим, исходные counters и итоговый verdict. Изменение значимого измерительного контекста требует новой квалификации, а не ручного ready=true. FPS измеряется для полного output contract; отсутствие обязательного слоя не считается ускорением профиля.

Считаются source cadence, released/received/selected/inferred/emitted/dropped/expired/failed observations, queue depth, release lag, decode/preprocess/inference/postprocess, online geometry/TGS/fusion/policy и доставка результата до приложения, RSS/VRAM и объём передачи. Все входы должны быть учтены по однозначным терминальным категориям; processed FPS, successful-result cadence и fresh-result cadence — разные величины. У общего scene-result сохраняются возраст и source sequence каждого вложенного слоя, а не только свежий timestamp оболочки.

P95/p99 model-time не заменяет end-to-end age. Для разных машин нельзя вычитать несогласованные часы: clock mapping и его погрешность входят в evidence; внутрипроцессные интервалы измеряются monotonic clock. Startup/warmup не скрывается, но не смешивается с steady-state FPS. Устройство/модель не считается ready до завершения warmup.

Разрешённые пропуски определяются контрактом до запуска. К примеру, 6830/808.779495667/5 ≈1.689 результата/s: прежнее требование EoMT ≥1.8 FPS несовместимо со stride 5 на этом среднем исходном потоке. Требуется согласованная cadence-политика, а не механический перенос прежнего профиля. Quality-check для оптимизированных весов/precision/preprocessing отдельный: этот рефакторинг не создаёт ground truth и не даёт навигационную безопасность.

Проверки идут от дешёвых схем/negative/unit tests к isolated Worker canary, затем integration/full replay и доступному physical live. На Mac запускаются только ограниченные релевантные проверки; никаких model benchmark или full stress suite. После каждого этапа фиксируются выполненный результат, ссылки на evidence, известные ограничения и GO/PAUSE/BLOCKED. Следующий этап не начинается при незакрытом обязательном критерии предыдущего.

EoMT: проверенные внешние сведения и предел вывода

EoMT — семейство ViT-моделей сегментации изображений; архитектура применяется к semantic, instance и panoptic segmentation. Наш конкретный checkpoint — Cityscapes semantic EoMT-L 1024, а не универсальное обещание качества на любой камере/домене. Это следует из карточки конкретной модели и исходной статьи.

В официальном DINOv2 model zoo для Cityscapes EoMT-L 1024×1024 указаны 25 FPS; условия таблицы — NVIDIA H100 с default torch.compile, если не оговорено иное. Это не показатель RTX 4090 и не end-to-end скорость нашей системы. Поэтому оснований объявить всё семейство «не real-time» нет, но и оснований квалифицировать наш профиль по этой цифре нет. Сохранение EoMT — отдельный исследовательский/резервный профиль, без обязательства неограниченно его ускорять.

Progress

• 2026-09-02 15:56 МСК: 70927ea, full-graph recovery. CPU normal128/gap76 и два повторения full normal128/gap76; 383 tests PASS. Четыре PID сохранены, reset stores 92/16/6/291 →0 и507/42/6/358 →0; stale history/cells отсутствуют. Final normal p95/p99 85.775/89.385ms, gap83.163/89.729ms при SM2610/mem10251. First fresh scene после fault1476.169/3857.475ms, seq30/110,52 intentional skips учтены. Первая GPU попытка прервана до моделей: ошибочный новый idle threshold512MiB был ниже известного baseline534MiB, факт530MiB; сохранена, проверка исправлена, пустой owned lease удалён. 330 artifacts,236 Worker hashes,114 current files verified; .runtime/perception-stage2-resume-worker-20260902T1545MSK/manifest.json, SHA-256 a9449fa4c012e30ce8a06025790c0e110eeebab7c1859fdebf56d5e785961ea3. Clocks/services восстановлены; legacy restart loops не исправлялись, product/vehicle scope не расширен.

• 2026-09-02 15:30 МСК: c31c46c, resumable lifecycle/input epoch, recoverable readiness, decoder/sensor reset. 375 focused tests PASS, Ruff/format 14 files и mypy 7 modules PASS. Worker CPU-only три input epochs, EOF-паузы 150 ms / 2.2 s, 3/44 synthetic source ticks во время пауз, 54 local renewals; PID decoder/sentinel неизменны, BGR exact 3/3. Peak input 5,275,461 bytes, final input/children=0, released lease; temporary container удалён. Один реальный H.264 fixture + synthetic timestamps/sensors/temporal reset, НЕ полный graph/GPU recovery. 73 code hashes сверены, 85 evidence artifacts; .runtime/perception-stage2-continuity-worker-20260902T1518MSK/manifest.json, SHA-256 fbd327d129c88caa13b7183b1ae2c4767e877a6f5472c0f430875cfd7401ed46. Сервисы/clocks не менялись; прежние legacy restart loops не исправлялись. Старый terminal-readiness эксперимент ниже сохранён как история; новый TARGET по решению владельца — wait/resync для временной недоступности.

• 2026-09-02 14:52 МСК: 92625bf, readiness/lifecycle increment. 349 focused tests PASS; Worker Linux CPU-only 4/4 scenarios, stop 10.676–63.994 ms, 0 residual bytes, terminal fixture lease generation 4 released. Expired inventory остановил runtime через 1043.960 ms после последнего refresh, несмотря на 13 heartbeat renewals; late refresh/result rejected. Allowed overload сохранил violation после восстановления clocks. 70 measured code files verified, 86 evidence artifacts; .runtime/perception-stage2-readiness-worker-20260902T1450MSK/manifest.json, SHA-256 4588995d763fe82d896b42689e981f1d00feedaf9d6aab29f4579f771d03da3a. GPU facts synthetic, no model timing or collector qualification. Service IDs/StartedAt/restart counts неизменны до/после; у legacy agents уже были restart counts 21/2/2 — состояние running не объявляется устойчивой готовностью. Clock setters, service mutations, network listeners, registry/UI отсутствуют.

• 2026-09-02 14:22 МСК: 380b6ea / f39f1ff. CPU probe (NumPy 1.26.4, Worker x86) воспроизвёл две ошибки range_m через quaternion address 8 mod 16; aligned copy сохраняет bytes и прежние norm/projection результаты. Удалены четыре full-frame copies на связке decoder→parent→DDRNet; binary framing, source clock, TTL, lease checks не менялись. A–B–B–A, 4×128 без drops: контроль p95/p99 84.702/92.961 и 83.930/91.759 ms; кандидат 85.113/91.219 и 82.425/90.530 ms. Кандидат raw parity 128/128 дважды, available/fresh 76/128; global qualification=false. CPU oracle 128/128 BGR/sensors для обоих вариантов, hung decoder cleanup PASS. 279 focused tests PASS. Manifest 305 artifacts, SHA-256 9c72a93833a1dda51c4787dca13fb9791a1bf2e31c763b7740e1b21406703707, .runtime/perception-stage2-ipc-worker-20260902T1410MSK/manifest.json. Частоты auto и сервисы восстановлены; registry/UI/image не менялись.

• 2026-09-02 13:55 МСК: 221e429 — supervised decoder RPC (250 ms deadline, 1 MiB input / 1,440,000-byte caller-owned BGR), общий causal sensor cache и atomic reservation → mailbox transfer. CPU oracle 32/32 exact до полного запуска и после review; native-hang injection учтён как failed cameras 0/1/2, child/lease/input освобождены. Полный binary 1×: 384/384 событий, 128/128 сцен без drops, BGR/segmentation/proposals/tracks/threats/material/raw costmap exact; два range_m отличаются на 1.388e-17 m, strict parity=false. p95/p99 161.974/191.806 ms; 76 available sensor pairs, 74 fresh scenes, seq106/107 дополнительно stale. 271 focused tests, Ruff/format/mypy PASS. Evidence .runtime/perception-stage2-binary-graph-worker-20260902T1335MSK/manifest.json: 161 artifacts, SHA-256 e224de4e9f2c5fd419fe0fb0b9be6e01ec267628568e104795ae211ec803bce4. Один GPU-прогон, без изменений clocks/quotas/models; сервисы восстановлены. Standalone/network/product cutover не заявлены.

• 2026-09-02 10:16 МСК: 097e450 — six-layer shared ABI и read-only Worker operating-envelope checker. Два sequential PyTorch auto-clock runs, 128/128 без drops; финальный C p95/p99 122.11/141.40 ms. 27 свежих полных scenes, 52 missing sensor pairs, 49 stale costmaps; пять дополнительных отказов после receipt aging. Функциональные model/geometry/motion/TGS/material outputs точны к reference 128/128. 142 focused tests + 42 adjacent regressions PASS, 1 исторический evidence-root test FAIL из-за существующих symlinks в соседний checkout; данные и guard не менялись. Этап 1 закрыт как engineering baseline; этап 2 допущен, не реализован. Evidence manifest 3b0a2ad32f6b60d3da48a4bcafdf6e11bc91209abc9d1f65da54b0eb36c52d45.

• 2026-09-01 18:15 UTC: локальный обзор backend/frontend/Worker и двух документов выполнен в предыдущей итерации; ограничения и отсутствие свежей Worker-проверки перенесены в этот план.

• 2026-09-01 18:15 UTC: прочитаны все пять документов CODEX_V5; уточнение владельца о взаимоисключающих профилях внесено в TARGET. Проверены первичные источники EoMT. Создан план ровно из четырёх этапов.

• 2026-09-01, последующий аудит: прочитаны M4.9T5/E47/M4 и integrated artifacts; через SSH выполнены только read-only Docker inventory/inspect, чтение installed manifests и GPU status. Подтверждено расхождение между viewer composition, reusable graph и portable package; выявлены другие GPU-capable сервисы.

• 2026-09-01 18:48 UTC: по уточнённому сценарию владельца план переработан под один полный standalone Perception-профиль DDRNet + RF-DETR + geometry/motion + TGS + policy-shadow. Два обязательных сегментационных образа больше не являются целью первого прототипа. Road-only/coarse-material разрыв и dependency compatibility включены в этап 1.

• 2026-09-01, следующее решение владельца: fine-grained road-only исключён из первого прототипа; coarse hard_surface принят, сельская среда — текущий контекст. Static-obstacle представление переиспользуется без распознавания отдельных видов предметов. Предыдущее требование road-vs-sidewalk gate снято; dependency compatibility остаётся технической задачей.

• 2026-09-01 19:15–19:58 UTC, этап 1: по прямому разрешению владельца остановлены Ollama/Frigate, Docker restart=no закреплён в runtime и Compose, добавлены manual-only profiles. Данные/модели/записи сохранены. После замеров эти два сервиса не восстанавливаются; остальные временно остановленные Mission Core Worker-контейнеры восстановлены.

• 2026-09-01 19:31–19:57 UTC: выполнены последовательные 64-sample baseline DDRNet, RF-DETR, TGS core и synthetic online local-surface. Ограничение BLAS/OMP/MKL до одного потока снизило mean synthetic local-surface с 198.0 до 63.2 ms без изменения алгоритмических порогов. Полный профиль этими цифрами не измерен.

• 2026-09-01 19:49–19:57 UTC: построен локальный диагностический image с Python 3.9 DDRNet environment, TensorRT 11/native Triton base, Python 3.12 geometry и C++ TGS. Все четыре исполнились отдельными последовательными probes одного image ID; DDRNet masks совпали на 64 кадрах. Модели ещё монтируются явно, общего supervisor/IPC нет; standalone/full-profile статус не присвоен.

• 2026-09-01: добавлены ADR 0049, transport-neutral stream/freshness/measurement contracts и pinned candidate manifest без image digest/active registry mutation. 78 focused tests прошли (51 новых contract + 27 существующих live-ingress/synchronizer/shadow); Ruff и mypy новых контрактов прошли. Модельные baseline и нагрузочные проверки на Mac не выполнялись.

• 2026-09-01 20:51 UTC: совместный граф выполнен на исходных camera/point/pose arrivals 1×. Исправлена bounded causal body history для motion/threat и векторизован costmap lookup. До оптимизации 120/128, 8 drops, p95/p99 353.98/401.19 ms; после — 128/128, 0 drops, 174.09/190.62 ms. Fresh input у 75/128 кадров; остальные явно unavailable. 86 focused tests прошли. Все результаты и отрицательные gates сохранены в отчёте этапа 1.

• 2026-09-02 00:20–00:41 МСК: уточнение владельца о долгосрочном экспериментариуме внесено в план, ADR, Desktop status и candidate experiment_policy. Тяжёлые профили сохраняются; functional, quality и hardware/source/transport-specific performance статусы независимы.

• 2026-09-02: добавлены CUDA-event/host-IPC timing и экспериментальные варианты DDRNet layout/CUDA Graph; оба не показали устойчивого выигрыша полного графа и не стали defaults. Затем реализован --schedule overlap-cpu: один serial GPU worker, один chronological CPU consumer, общий бюджет двух pending кадров, единый bounded учёт входов. Первый fixed-slot вариант потерял один кадр и сохранён как отрицательный результат; dynamic shared-slot вариант дважды дал 128/128 без drops. Маски, proposals, metric observations, tracks, threats, costmap и non-timing TGS output совпали с reference на всех 128 кадрах; age-based policy проверяется отдельно.

• 2026-09-02: 91 focused tests PASS (12 pilot, 52 contract, 27 existing live-ingress/synchronizer/shadow), Ruff PASS, Python 3.9 child lint PASS. Семь последовательных Worker runs и версии кода сохранены в .runtime/perception-latency-20260902T0020MSK/manifest.json. Worker-сервисы восстановлены, Triton ready=200, local 8000=200; Frigate/Ollama exited/restart=no. Никаких продуктовых defaults/registry cutover.

• 2026-09-02 01:06 МСК: по запросу владельца сохранены все 122 изменённых/новых исходных файла семью тематическими коммитами; чистая контрольная точка ffd6be5. Коммиты: d655d69 equipment/capture, a945d66 backend lifecycle, 62d5520 Worker packaging, 5a78c99 portable UI, 4e04d06 real-time contracts, bfe6ef4 streaming pilot, ffd6be5 plan/evidence. Push не выполнялся; raw/weights/runtime не включены. Отдельный 05c99ef исправляет девять legacy test failures: исторические fixtures отделены от новых installed-package pins, старый image явно отвергается; production digest checks не ослаблены.

• 2026-09-02: следующий source-binding increment отделяет первый preroll от текущих LiDAR increments, сохраняет history-only timestamps/points в rolling/TGS и добавляет поэлементные причины unavailable/stale/held. Metadata audit: первый кадр получает 4,787 current points, 7,207 preroll points остаются history-only; остальные 127 admissions и increment identities неизменны. 384 focused Python tests и 62 выбранных frontend architecture/Observatory tests PASS. Нового GPU run, frontend build, deployment или product cutover в этой итерации не было.

• 2026-09-02 01:22–01:33 МСК: preroll fix проверен тремя последовательными 128-frame Worker-прогонами полного графа. Во всех трёх кадр 0 valid и TGS рассчитан; model outputs на 127 общих последовательностях совпали с прежним control. Каждый прогон потерял ровно один кадр из-за handoff-overflow: A — seq 84, B/C — seq 38. p95 = 127.18/125.19/120.84 ms, p99 = 143.22/138.02/135.46 ms. Ничего не продвинуто в defaults: zero-drop и 125 ms gate FAIL. Evidence: .runtime/perception-preroll-worker-20260902T0122MSK/manifest.json.

• 2026-09-02 01:33 МСК: временно остановленные Triton, perception Worker и два Observatory agent возвращены в исходное состояние; Triton healthy/ready=200, оба agent running, canonical Mac 8000=200, Mac 8765 закрыт. Legacy perception Worker возобновил существовавший до замера HTTP 404 restart loop (running, restart count 4 на контрольном снимке); новый пилот от него не зависел. Ollama/Frigate сохранены exited/restart=no. Модельные запуски были строго последовательными; EoMT и посторонняя GPU-нагрузка не запускались.

• 2026-09-02 01:43–01:50 МСК: 2945859 заменил ложную buffered reservation на synchronous rendezvous, только когда consumer уже ждёт. 109 focused tests и Ruff PASS. Два последовательных Worker-повтора: 128/128, 0 drops, unaccounted=0; p95 = 128.75/122.69 ms, p99 = 151.67/157.10 ms. Повторная функциональная parity всех 128 outputs PASS. Evidence: .runtime/perception-handoff-worker-20260902T0143MSK/manifest.json, SHA-256 d68af383c42eb3686ef199afeebd4625f27d573b77109e7e8ff8c85e811a9003.

• 2026-09-02 01:50 МСК: Worker-сервисы снова возвращены в исходное состояние; Triton healthy/ready=200, оба Observatory agent running, active pilot containers=0, canonical Mac 8000=200, Mac 8765 закрыт. Legacy perception Worker возвращён в прежнюю HTTP 404 restart-loop конфигурацию; Ollama/Frigate exited/restart=no.

• 2026-09-02 01:57–02:47 МСК: surface reuse d9ea7c1 сохранил functional parity 128/128, surface p99 19.44/21.87 ms. NVML/no-telemetry и cadence 50/100 ms не дали повторяемого latency PASS. Unified Triton с DDRNet/RF-DETR исполняет модели последовательно; NumPy preprocessing точен 128/128, но TensorRT mask отличается на 0.01195% пикселей и меняет одну ячейку grass→hard_surface / NO_GO→ALLOW_candidate. Backend не продвинут в default. Измерены пять whole-graph Triton variants, p99 137.58–151.37 ms; CUDA Graph/busy-wait проблему не закрыли. 119 focused tests PASS. Evidence: .runtime/perception-unified-triton-worker-20260902T0227MSK/manifest.json, SHA-256 ed81475e71b7d02af03dbc65ef628065baaec80bf4877b83e80cc6b3d682a330.

• 2026-09-02 02:47 МСК: pilot containers=0, Triton healthy, два Observatory agent running, local 8000=200, 8765 закрыт. Legacy perception Worker восстановлен в прежнюю HTTP404 restart-loop конфигурацию; Ollama/Frigate exited/restart=no. Нет product cutover/deployment, raw/weights/runtime не добавлены в Git.

• Git checkpoint: d9ea7c1 — surface cache reuse; 34f13ba — bounded Triton/cadence/NVML/preprocess diagnostics и regression tests. Документы и выводы фиксируются отдельно; push не выполнялся.

• 2026-09-02 09:11–09:40 МСК: численная диагностика frame 115 связала большую часть mismatch с TF32, а critical policy flip — с sigmoid ties и ничьей двух ground votes. c6c42c2 переводит tie в unknown/NO_GO; 210 cell×frame значений на 41 кадре изменились только консервативно. 122 focused tests PASS. Masks/detector/geometry/motion outputs не изменились от этой правки.

• 2026-09-02 09:31–09:37 МСК: по явному разрешению владельца A/B stock clock lock (requested SM 2610 / memory 10501 MHz; observed CUDA 2610/10251) без изменения 450 W или Docker limits. Auto B: p95/p99 123.14/138.16 ms; locked C/D: 64.08/70.46 и 63.97/67.77 ms; pinned PyTorch E: 71.80/77.02 ms; auto-restored F: 116.71/144.88 ms. Все шесть новых полных проб 128/128, 0 drops; функциональная parity clock A/B 128/128. Это повторяемый bounded latency PASS при указанном envelope, не whole-product qualification. Evidence: .runtime/perception-parity-pacing-worker-20260902T0911MSK/manifest.json, SHA-256 eac303c218ab391ed5dc2cd8d94be6f1eeecec2effc123da7585135a8b63f2dd.

• 2026-09-02 09:40 МСК: clock resets успешны, GPU снова auto/P8 210/405 MHz, power limit 450 W; pilot containers=0. Четыре Mission Core сервиса восстановлены в прежнюю конфигурацию, Triton healthy/ready=200; прежние сторонние restart-loop дефекты не исправлялись. Ollama/Frigate exited/restart=no, Mac 8000=200, 8765 закрыт. Raw/weights не в Git, push/deployment не выполнялись.

• 2026-09-02 10:16 МСК: этап 1 закрыт как engineering baseline (097e450, adcca7a), не qualification. Six-layer ABI и Worker envelope закреплены; final auto C: 128/128, 0 drops, p95/p99 122.11/141.40 ms, 27 fresh scenes. Подробности и известный historical baseline test FAIL сохранены в отчёте.

• 2026-09-02 11:00 МСК: этап 2 начат. bcacb02 переносит queue/GPU scheduler в common perception, ограничивает drop-history и проверяет владение входом при release/cancel. 1f8101e добавляет адресную свежесть costmap; core tests и полный GPU-пилот используют тот же код. 202 focused tests, Ruff, mypy четырёх изменённых core modules и diff-check PASS.

• Два последовательных Worker runs: whole-scene p95/p99 125.01/130.31 ms, fresh 25/128; per-cell 123.91/136.17 ms, fresh 76/128. В обоих 128/128 без drops; raw functional parity 128/128, missing pairs 52. Per-cell блокирует 2195 cell×frame ground appearances (1994 при publication, ещё 201 при receipt); это не 2195 уникальных физических препятствий. Все 256 derived receipts повторно проверены по payload hashes/ages/policy.

• Продуктовый backend/frontend path и registry не переключены. Этап 2 остаётся незавершённым: общий supervisor/lease fencing, binary live ingress без знания EOF и standalone package ещё не реализованы. Этапы 3–4 не начаты. Следующий bounded шаг — lifecycle/ownership + неизвестная длина входного потока; старый batch materializer не ослаблять.

• Evidence первого инкремента этапа 2: .runtime/perception-stage2-cells-worker-20260902T1055MSK/manifest.json, 125 artifacts, SHA-256 1a951fd9e807099e500fa66f8a40b1076071f96e4c8e0be4ab3094caaa33bf09. Четыре сервиса восстановлены, Triton ready=200; Ollama/Frigate exited/restart=no, pilots=0, GPU auto P8, Mac 8000=200 и 8765 закрыт. Модели/сырые outputs не попали в Git.

• 2026-09-02 12:00 МСК: 6acf468 / ac69e3b — общий subprocess lifecycle и cooperative Worker-local lease/fencing подключены к полному пилоту. 223 focused tests PASS. Отдельные контейнеры подтвердили contention rejection, clean generation succession и crash quarantine. Global product queue не менялась; canonical persistent control root и backend integration не установлены.

• Normal pilot 128/128 без drops, p95/p99 124.98/136.12 ms, fresh 76/128. Intentional expiry A: 52 released = 51 complete + 1 GPU terminal drop; expiry trace B: 50 released = 50 complete. Оба execution_complete=false, reason=lease-lost, unaccounted=0, все процессы/входы освобождены. Final trace: stop-request deadline +45.74 ms, retirement +4109.82 ms, receipts at/after deadline=0. Все 229 опубликованных raw outputs exact к reference prefix; clocks/quotas/models не менялись.

• Evidence: .runtime/perception-stage2-lifecycle-worker-20260902T1146MSK/manifest.json, 259 artifacts, SHA-256 00bd091a80845e50489a34ce4df2cbf3d2cd60d9ecb13d1d97accd03d44fdba4. Временные probe containers и два test volumes удалены после сохранения owner records. Четыре сервиса восстановлены; Triton ready=200, Ollama/Frigate exited/restart=no, Mac 8000=200, 8765 закрыт. Этап 2 остаётся в работе; дальше binary ingress, постоянная controller/recovery integration и standalone package.

• 2026-09-02 12:35 МСК: третий инкремент (da60fef, a937400, 79ce55d), 276 focused tests PASS. Worker raw IPC: 103/103 exact, каждый data channel до End, peak 553,991 bytes; negative EOF: incomplete=1, delivered=0, release=true. Evidence .runtime/perception-stage2-binary-ingress-worker-20260902T1232MSK/manifest.json, 42 artifacts, SHA-256 2a5492080027a86de9f176f051c9265e29f377d1d9207c86ac93cdff7632505a. Попытки 1230 (неполный diagnostic code pack) и 1231 (гонка финального timestamp journal) сохранены как rejected; их manifests связаны из принятого. Никакой повторной GPU-квалификации этим probe не выдано.

Surprises / открытые вопросы

• 2026-09-02 13:55 → 14:22 МСК: два старых range_m расхождения 1.3877787807814457e-17 m воспроизведены и исправлены. Quaternion начинался на byte 24 общего pose buffer; адрес 8 mod 16 менял norm на один ULP в текущем NumPy runtime. Offsets 0/16/32/48 возвращают reference, 8/24/40/56 точно воспроизводят оба отклонения. Теперь quaternion — отдельная immutable 32-byte копия с проверенным 16-byte alignment; формулы и comparator прежние. Полный граф подтвердил 128/128 exact дважды. Это квалификация numeric layout текущего pinned runtime, не универсальное обещание bitwise равенства на любом CPU/NumPy.

• Четыре удалённые full-frame copies дают небольшой измеримый эффект в IPC, не объясняют разницу 192→91 ms. При одинаковых фиксированных частотах контроль тоже проходил 125-ms gate до оптимизации. Новый p95 колеблется внутри межпрогонного разброса; p99 немного ниже в обоих повторах. CPU-only кандидат имел native-decode outlier и худший total p99, хотя IPC-minus-decode снизился; отрицательный результат сохранён. Автоматический runtime не должен обещать fixed-clock qualification без фактического envelope и не должен сам менять host clocks без отдельной authority.

• В том же запуске auto memory clocks переходят 10,251 → 405–810 MHz. По последнему 0.5-s sample перед receipt high/low cohorts имеют p95 88.269/172.079 ms (39/89 кадров). Это корреляция внутри одного прогона, не controlled A/B и не отдельная qualification. Общий p95/p99 161.974/191.806 ms остаётся FAIL. Decoder p95/p99 10.871/11.606 ms, RPC+bundle 18.053/38.991 ms, очередь 44.284/84.492 ms, DDRNet RPC 73.068/77.479 ms; CPU throttled delta=0. Нельзя приписать всю разницу с предыдущими 124.98/136.12 ms новому транспорту или сделать вывод об исчерпании 24 GiB VRAM.

• 2026-09-02 13:09 МСК: decoder-инкремент 350366b / f102712 принят отдельно от full graph. Evidence .runtime/perception-stage2-decoded-ingress-worker-20260902T1310MSK/manifest.json, 43 artifacts, SHA-256 612295eabbc8f203ad9b037a69ac9cf97b2df3134b087d9e51a9786738423f2f; связан с отдельными 128-frame demux/direct/reference manifests. Все 128 BGR совпадают; 32-camera binary canary и negative EOF освобождают весь input budget. Четыре Mission Core сервиса не останавливались; модели и GPU clocks не менялись.

• Повторный av.open(init + fragment) не является полнофайловым барьером, но повторяет stream probing на каждом кадре. Принят узкий проверяемый ISO-BMFF layout → один AVCC sample → persistent codec; NumPy импортируется до readiness. p95 первого потокового варианта 19.927 ms → 11.156 ms. Это bounded CPU A/B без модели; не вычитать выигрыш из старого full-graph p99. Codec/parser не импортируют session store или materializer; archive API сохраняет прежние exception contracts. Иной codec/layout, B-frames, multi-sample, пропуск DTS или не-keyframe start требуют нового явно квалифицированного профиля/epoch, а не скрытого fallback.

• Исторический decode-only probe 13:09 не доказывал causal scene/calibration admission. В инкременте 13:55 supervised child, causal cut и full-graph handoff реализованы с прежней реальной калибровкой полного профиля; готовые MP4/masks/geometry не подмешиваются. Multi-recording calibration admission и field quality по-прежнему не проверены.

• 2026-09-02 12:00 МСК: истечение lease и освобождение GPU разделены. После crash OS lock свободен, но durable active не допускает новый запуск. Recovery намеренно отсутствует до trusted resource-release proof; нельзя удалять production marker ради продолжения. В пробах удалены только два заведомо временных experiment-owned volume после сохранения записей и остановки всех probe containers.

• Свежая camera/cloud/pose пара не равна свежему полному scene. У TGS last-seen разрешающих ячеек может быть старее camera anchor; новый guard сохраняет этот возраст. В финальном C пять scenes истекли за 1–4 ms между publisher guard и приёмом, хотя раньше выглядели бы свежими. Пока одна такая ячейка запрещает весь scene; per-cell expiry — следующий runtime increment без ослабления 250-ms TTL. 52 source gaps нельзя исправить GPU-ускорением.

• New operating-envelope evaluator — проверяемый контракт readiness, не уже подключённый orchestrator и не host clock manager. Power/P-state/limit остаются измеряемыми фактами; continuous monitoring и авторитетный lease должен предоставить общий runtime. Low GPU utilization не доказывает владение, а snapshot PASS не квалифицирует целый run.

• Малое численное расхождение backend не обязательно семантически безвредно. Critical cell flip устранён fail-closed tie rule, но PyTorch vs TensorRT material по-прежнему совпадает 127/128 кадров. Без ground truth и явной numeric acceptance нельзя заменить reference автоматически.

• Автоматический downclock GPU/VRAM — подтверждённый A/B источник существенной части tail latency. CUDA Graph capture был реальным; CPU quota не троттлила. Server intervals всё ещё не являются CUDA kernel trace, а остаточные IPC/CPU/network затраты не исчезли. Две fixed-clock пробы пройдут 125-ms gate, возвращённый auto — нет; квалификация должна описывать условия Worker, а не только image digest.

• Глобальная блокировка очереди противоречит независимости будущих Worker; нужно перенести ownership scope, а не просто оставить max_concurrency=1 во всех слоях.

• Старые combined-package manifests сохраняют batch-семантику и не исполняют detector/geometry/TGS/threat. Красивый общий viewer использует отдельные сохранённые результаты; это не готовый профиль.

• FPS исходного recording и старые sampling/min-FPS требования математически расходятся. Численные product budgets должны быть закрыты в этапе 1; пользователь не задал их в этом уточнении.

• Чистое GPU-окно для ограниченных component probes получено: после остановки сторонних и старых Mission Core GPU-процессов 0% utilization и около 529–531 MiB системного/display VRAM. Ollama/Frigate отключены постоянно из автозапуска по явному разрешению владельца. Source uplink, clock alignment и долгий эксклюзивный full-profile run не подтверждены; 300–500 Mbps и будущее hardware остаются гипотезами до проверки.

• Существующий static_obstacle достаточен для неподвижных препятствий; точные semantic имена не являются пробелом scope первого прототипа. Динамика определяется temporal evidence, не классом объекта.

• Потеря различия дорога/тротуар/велодорожка в hard_surface — осознанно принятый владельцем компромисс сельского прототипа, не блокер. Геометрический запрет остаётся выше material allowance.

• Самостоятельный полный образ ещё не построен. Совместные lifecycle/IPC, resident модели и последовательный GPU schedule проверены в bounded пилоте с mounts, но performance gate FAIL. Экспорт нового образа заблокирован отсутствующим cached Triton blob / NVCR 403. Будущая поставка обязана включить веса и явно задать scratch/cache; рабочий mounted probe не равен standalone. В Triton base отсутствуют Python grpc/protobuf/cv2/TensorRT SDK: native trtexec не означает их наличия. Внутренний RF-DETR HTTP adapter позволил выполнить пилот без них.

• CPU online local-surface — выявленный latency risk даже после ограничения BLAS threads. TGS core около 1 ms на prepared clouds не включает online rolling preparation/costmap; нельзя подставлять эту цифру как стоимость всего геометрического слоя.

Decision log

• 2026-09-02 16:52 МСК: 61cbdb3, real Worker host-control increment. 404 tests; normal128/128 exact raw, 50 observations без ошибок; delayed reply2200ms → два expired requests, WAIT, resume seq50 с прежними PID/lease и очищенными stores.102 completed+26 intentional skips; no backlog/unaccounted. Scope docker-gpu-access не равен host-compute: Windows PID4/Insufficient Permissions не скрывается как доказанная host-wide эксклюзивность. Read-only canary проверил3 последовательных обновления и существующего GPU-capable конкурента. Первый warmup abort из-за PowerShell $null/File.Replace и неправильной startup WAIT трактовки сохранён; обе причины исправлены, freshness1s не расширена. Manifest475 artifacts,363 Worker source hashes/115 current files, SHA-256 aac125bd1b182d164c95d18089793fa54bf9797478bce1afe3de2a1d9093f6ef, .runtime/perception-stage2-worker-control-20260902T1630MSK/manifest.json. Host collector не меняет clocks/limits/services; временные setters применяет только разрешённый measurement harness с восстановлением.

• 2026-09-02, уточнение владельца: временная потеря входной сети/потока не завершает resident AI-профиль. Отдельно сохраняем local Worker lease, ждём свежий поток без backlog и заново синхронизируем temporal state. Unknown/stale GPU telemetry — не доказательство чужого владельца; подтверждённый конфликт/авария остаются terminal. Автоматическое восстановление inference не означает разрешение возобновить физическое движение.

• 2026-09-01, решение владельца: EoMT и DDRNet не считаются вместе на Worker 006. Первоначальная трактовка «никаких двух моделей внутри профиля» отменена последующим уточнением: RF-DETR и DDRNet нужны внутри одного полного профиля; запрет сохраняется для альтернативных профилей и EoMT+DDRNet.

• 2026-09-01, решение владельца: один дрон — один Worker; текущий baseline RTX 4090. Следствие: worker-scoped exclusivity, без GPU-multiplexing и без зависимости от покупки hardware.

• 2026-09-01, решение владельца: EoMT сохранить отдельно, даже если не проходит real-time на текущей карте. Следствие: отрицательный benchmark оформляется как честный статус, а не повод блокировать DDRNet или бесконечно оптимизировать.

• 2026-09-01, рабочее решение плана: сначала контракты и baseline, затем runtime, затем продуктовая интеграция, затем квалификация и ограниченная миграция. Ровно четыре этапа; уточнения ведутся внутри них в этом же документе.

• 2026-09-01, решение владельца: первым нужен самостоятельный Docker с DDRNet, объектной детекцией, LiDAR-расстояниями и TGS для проверки многих записей K1 и последующего полигона. Следствие: цель — полный Perception-профиль, а не голая сегментация; нет зависимости от прежних вычисленных LAB результатов.

• 2026-09-01, решение владельца: беспилотника и motor integration сейчас нет. Следствие: текущий scope заканчивается проверенным perception/policy-shadow прототипом; actuator commands, autonomy acceptance и полный mission configurator — будущие отдельные gates, не скрытая часть этой реализации.

• 2026-09-01, рабочее решение прототипа: в одном контейнере допускаются несколько внутренних runtime-процессов одной задачи для сохранения модельной совместимости; все имеют одного supervisor и одного GPU scheduler. Изолированные среды не превращаются в отдельно устанавливаемые LAB-сервисы.

• 2026-09-01, решение владельца: никаких новых классов для столбиков/подобных предметов; существующего static-object / obstacle достаточно. Следствие: reuse текущего слоя и regression на RAV004, не новая модель/разметка перед первым прототипом.

• 2026-09-01, решение владельца: coarse hard_surface достаточен в сельской среде, включая тротуары/велодорожки. Следствие: прежние обязательные road-only/fine-class требования отменены; один segmenter DDRNet, без urban autonomy scope. Геометрия и unknown/freshness сохраняют приоритет.

• 2026-09-01, решение владельца: Ollama и Frigate больше не нужны в постоянной нагрузке. Остановить сейчас, убрать автозапуск после reboot, не восстанавливать после benchmark; сохранить данные для ручного использования. Выполнено и проверено по Docker/Compose, без физического reboot системы.

• 2026-09-01, инженерное решение: стартовый replay stride=1, source clock=1×, ≤16 MiB inflight и два pending camera frames; whole-path p95/p99 ≤125 ms остаются preregistered candidate. Перегрузка должна быть видна и проваливать strict gate; нельзя скрыто замедлить источник/сменить stride/подменить слой старым результатом.

• 2026-09-02, решение владельца: разрешены временный A/B stock clock lock с возвратом и расширение Docker resource limits при необходимости. Clock A/B выполнен, все настройки восстановлены; CPU/RAM quotas и power limit не изменялись. Постоянный автозапуск фиксированных частот этим испытанием не вводится.

Восстановление и остановки

Для активного профиля transient input/telemetry loss означает waiting/resync с сохранением моделей/lease. Unknown inventory запрещает новый admission, но не доказывает конфликт текущего владельца. Подтверждённая утрата local lease, конфликт, child/decoder failure и cancel остаются terminal. Новый режим включён и измерен в полном binary pilot; прежние one-shot diagnostics сохраняются. Motion resume — отдельный будущий onboard safety gate, не следствие восстановления inference.

При неудаче короткого canary остановить только принадлежащий испытанию профиль, сохранить диагностику и проверить освобождение GPU; не убивать посторонние процессы и не продолжать full-session. Неясный владелец GPU или потеря lease требуют fail-closed остановки нового запуска, а не захвата ресурса поверх старого процесса. Переключение на другой профиль — отдельная последовательная операция, не автоматический GPU fallback.

Новые схемы/декларации вводятся версионно. Возврат к точному предыдущему образу/конфигурации не превращает старый batch-путь в real-time; при откате сохраняется честный статус unavailable/not-qualified. Общую старую очередь нельзя ослаблять без worker-scoped fencing. Опубликованная история и исходники записи не переписываются для прохождения проверок.

Новый scope, изменение аппаратной/операторской границы, необходимость физического действия, отсутствие нужного доступа или существенный выбор latency/quality — повод остановить соответствующую часть и запросить решение владельца. Обычные локальные исправления внутри согласованных границ не требуют переписывания плана. Настоящий прогресс, evidence и решения обновляются здесь, без новых параллельных планов на каждую проверку.

Outcomes / retrospective

Этап 1 завершён; этап 2 продолжается. Реальный scoped host collector/control adapter подключён к полному профилю. Normal exact raw128/128, задержка reply2.2s → WAIT/resync с теми же четырьмя PID,26 пропусков без backlog/старой истории,404 focused tests. Сохранены исправленный warmup abort и независимые показатели доступности/accepted-frame latency. Следом внешний data-plane/auth/recovery, затем standalone packaging. Native-host GPU inventory не квалифицирован; Docker scope не выдаётся за полный host audit. Batch/registry/UI и этапы3–4 не начаты, actuation=false. Mac8000=200,8765 закрыт; auto clocks и четыре Worker services восстановлены, Ollama/Frigate exited/restart=no, временных collectors/container/lease нет.

После этапа 4 здесь будут перечислены digest самостоятельного полного образа, измеренные статусы и ошибки по recordings, реально проверенные source/hardware/config комбинации, состояние сохранённого EoMT-варианта и оставшиеся physical-live/quality/vehicle-integration ограничения. Готовый Docker и готовая автономия не отождествляются.